Дагестан. Пирамиды

Религиозную войну разжигают, прикрывая экономические интересы. Наш корреспондент разобрался, почему «в горах» автомобили так дешевы, а деньги буквально падают с неба...

Последние три месяца дагестанское селение Хаджалмахи постоянно появляется в криминальных сводках. Хаджалмахи не только родина крупнейшей финансовой пирамиды, обокравшей, по сути, полреспублики. Но место, где регулярно происходят убийства, избиения, обстрелы. Все селение поставлено под ружье — в народные дружины, им «на помощь» введены подразделения внутренних войск. «Мы боремся с ваххабитами, они убивают наших», — заявляют жители села.

В ноябре прошлого года в селении был убит имам центральной мечети, однако «угроза», исходящая от ваххабитов, явно преувеличена. А при ближайшем рассмотрении и вовсе становится очевидно: в основе кровавых событий лежит экономический конфликт, умелой рукой переведенный в религиозную плоскость.

Мы попытались разобраться, кто и зачем организовал маленькую гражданскую войну в отдельно взятом селении.

«Охота на ведьм»

Просторные беленые дома, тесно прижатые друг к другу, остроконечные минареты мечетей, абрикосовые сады — селение Хаджалмахи тянется почти на 10 километров по одному из ущелий на западе Дагестана.

Въезжаем в селение под вечер, сразу же машину останавливают и досматривают. К центральной мечети просто так ни проехать ни пройти. Дорога перегорожена самодельным шлагбаумом, рядом наспех сооружены навесы, под ними сидят вооруженные сельчане, человек десять, — охраняют мечеть. Кто с охотничьими карабинами, кто с битами, кто с палками, лица их неприветливы. Они кидаются на каждого проходящего мимо, обыскивают машины: «Кто? Откуда? Зачем тут?» Рядом стоят два бойца специальной огневой группы (СОГ), в камуфляже, с автоматами, они здесь, чтобы держать ситуацию под контролем, но видно, что им тоже неуютно.

— Мне осталось пару дней отдежурить. Скорее перебросили бы отсюда, — говорит мне вполголоса стоящий рядом боец СОГа. — В Гимры, например, там хоть и режим КТО, но все понятно и нормальные люди. А тут каша и порядки животные. Слышал, что они со своими женщинами делают?

Более месяца назад, 4 июня, неизвестные забрали из собственного дома 43-летнюю Умиюм Рабаданову, она жила с матерью и двумя детьми, один из которых — инвалид. Родственники заявили о похищении в полицию района. А спустя пять дней изуродованное тело женщины было найдено на берегу реки. Официально полиция не называет причин случившегося, но местные жители знают: «вина» женщины в том, что местная полиция причисляет ее брата к боевикам.

За последние три месяца под знаком борьбы с ваххабитами в селении произошло семь жестоких убийств. Первыми в апреле этого года были убиты отец и сын Ахмедовы. Сыну было 33 года, его отцу — 74. Как бы дико это ни звучало, но Ахмедовым, можно сказать, повезло. Их просто застрелили. Тут забивают до смерти в мечетях, обливают бензином, угрожая поджечь; тут требуют, чтобы те, кого дружинники считают салафитами, являлись в мечеть и каялись перед народом. Тут царят страх и первобытная жестокость. Через селение не может проехать ни одна машина. «Дружинники» с оружием наперевес нагло шмонают автомобили, проверяют документы, хамят — под предлогом поиска ваххабитов. Об этом мне с возмущением рассказывали парни из окрестных сел.

После апрельского убийства Ахмедовых «охота на ведьм» по религиозному признаку стала набирать обороты. Появился «расстрельный список» салафитов. Начался массовый исход. На сегодняшний день более 20 семей покинули свои дома. Дагестанские семьи большие: по 10—20 человек и больше. Уезжали они в спешке, спасая детей. Их дома стоят разграбленные, потому что соседи боятся их охранять.

Полгода назад к Хаджалмахи были прикомандированы подразделения внутренних войск, часть из них стоят в центре села на БТРах, досматривая проезжающие через селение машины. На вопрос: «В чем дело, разве в селении контртеррористическая операция?» — отвечают: «Нет, мы присланы поддержать местную полицию и дружинников». В чем поддержать, бойцы сами толком не могут объяснить.

Ни одно из убийств, произошедших в селении за последние три месяца, не раскрыто. Кроме, пожалуй, одного. 30 июня через Хаджалмахи проезжал джип важных чиновников. В машине находился один из сотрудников Россельхознадзора, а также советник постпредства Дагестана при президенте РФ Артур Захарян и сотрудник «РусГидро» Руслан Магомедов. Машину остановили дружинники, обыскали, документы проверили. Однако, когда чиновники возвращались назад, их опять остановили…

После словесной перепалки водитель джипа нажал на газ. Через все селение чиновников преследовали машины с хаджалмахинцами, обстреливая джип. В итоге пострадали все чиновники, с ранениями различной тяжести были госпитализированы. А сотрудник «РусГидро» Руслан Магомедов получил пулю в затылок. Пролежав в коме 10 дней, Руслан Магомедов умер в больнице Левашинского района не приходя в сознание. «РусГидро» — это серьезная контора; хаджалмахинцам был предъявлен ультиматум: если в течение трех часов не выдадут стрелявших — разборка будет совершенно другая. Моментально «нашелся» человек, который якобы стрелял в Магомедова. Хаджалмахинцы передали его в руки полиции, сейчас он находится под следствием.

Ташкапурский пароход

Хаджалмахи всегда славилось своей зажиточностью, а хаджалмахинцы — коммерческой жилкой. Даже в советское время они умудрялись жить на широкую ногу: кто вязал платки, кто занимался спекуляцией. Совсем недавно, как утверждают материалы уголовного дела по факту мошенничества, в августе 2012 года, предприимчивый автомеханик из Ташкапура (фактически пригород Хаджалмахи) Магомед пошел по стопам Сергея Мавроди, основателя российских финансовых пирамид. Он изобрел следующую схему: клиенты оформляют договор купли-продажи на новую «Приору» по сильно заниженной цене (если на рынке «Лада-Приора» стоит 350—400 тысяч рублей, то Магомед «продавал» ее по 250 тысяч) с предварительной оплатой. Спустя 25 дней клиент получает новенькую машину. Более того, покупатели могут тут же продать автомобиль продавцу уже по рыночной цене и спустя уже 50 дней получить вторую машину.

Схема, получившая в народе название «ташкапурский пароход», неожиданно быстро заработала. В Хаджалмахи эту схему опробовал другой предприимчивый человек — Тимур. У Магомеда и Тимура появились собственные дилеры, за каждым из которых были закреплены определенные районы республики. Главными дилерами в Хаджалмахи стали представители тухума Айязаза, они разъезжали по республике и собирали деньги. В 2012 году ташкапурская (читай: хаджалмахинская) пирамида приобрела масштабы коллективного помешательства. Чтобы вложиться в пирамиду, люди продавали последнее: дома, квартиры, золотые зубы, влезали в долги, брали кредиты.

Любопытна еще одна деталь схемы: пирамида, можно сказать, была освящена религией. Получение процентов с денег, ростовщичество, то, на чем основана любая финансовая пирамида, — это лихва — вещь в исламе строго запрещенная. Дагестан — пусть неоднородное и многообразное по степени отношения к религии, но все же исламское пространство. Видимо, поэтому даже в 90-е пирамиды так сильно не затронули Дагестан, как другие регионы России.

Создатели ташкапурской пирамиды придумали, как эту досадную неприятность обойти. Формально в пирамиде крутились не деньги, а товары вкладчиков — «Приоры», то есть осуществлялась купля-продажа. Ты покупаешь машину по заниженной цене, а когда приходишь ее забирать, тебе предлагают купить ее обратно, чтобы потом отдать уже две машины. Чтобы соблюсти формальность, по исламу, ты должен сесть в машину, проехать на ней 5 метров вперед, 5 метров назад, — всё, ты попользовался машиной и теперь можешь продавать. Более того, говорят, что дилеры из Хаджалмахи разъезжали по республике с печатью местной мечети, убеждая наивных горцев в том, что с точки зрения религии тут все чисто. Им верили.

"Расстрельный список" хаджалмахинских салафитов:

Карабудахкентский, Акушинский, Хасавюртовский районы, пункты сбора денег были открыты по всей республике. В Хаджалмахи желающие сдать деньги занимали очередь с рассвета. Наиболее предприимчивые клиенты, чтобы не стоять часами, обвязывали пачки денег бечевкой, вкладывая туда листочек с собственной фамилией, и бросали во дворы дилеров через забор. Деньги падали с неба в буквальном смысле. Дилеры сказочно разбогатели. И если поначалу хоть какие-то официальные договоры купли-продажи все же заключались, то вскоре перестали делать и это. Более того, у людей даже брали расписку, что в случае неуплаты процентов они претензий к дилерам не имеют. Это был массовый психоз.

Крах пирамиды

Согласно информации, размещенной 9 июля на сайте МВД Дагестана, пирамида рухнула в ноябре 2012 года. Однако, по моей информации, гораздо позже: по инерции люди еще несколько месяцев все несли и несли деньги дилерам. Да и причины, по которым было возбуждено уголовное дело, пока не ясны. В России все помнят, что не Мавроди разрушил свою МММ. Ее разрушило государство, возбудив уголовное дело и фактически сняв с удачливого предпринимателя всю финансовую ответственность, посадив его в тюрьму. Тогда у многих появились вопросы, насколько и кто из силовиков был в доле. Аналогичная ситуация и в Дагестане. По моей информации, на момент возбуждения уголовного дела пирамида была на пике расцвета, ущерб от ее краха исчисляется приблизительно 24 миллиардами рублей, и это не считая баснословных процентов.

Несколько дней назад на сайте МВД Дагестана появилось объявление. «В 2012 году группой лиц, уроженцев селения Хаджалмахи Левашинского района, была создана преступная группировка, которая в период с августа по ноябрь 2012 года занималась сбором денежных средств и имущества граждан под предлогом получения высокой прибыли в короткие сроки. Задержаны организаторы финансовой пирамиды. Просьба пострадавшим обращаться в полицию». Но пикантность ситуации в том, что в определенный момент большинство денег до реальных организаторов не доходило, оседая в карманах дилеров, самыми предприимчивыми из которых были братья из хаджалмахинского тухума Айязаза.

Массовый психоз повернул в обратную сторону. Начиная с марта этого года в селение потянулись разгневанные вкладчики со всей республики, требуя своих денег. Тут уже встал вопрос физического выживания дилеров. И по случайному совпадению, именно в это время в центральной мечети было проведено собрание актива села во главе с представителями тухума Айязаза. Фактически это был военный совет. Там был озвучен типичный набор средневековой ереси о том, что салафиты (аналог радикальных старообрядцев в исламе) — сектанты и мракобесы, они собираются убивать мусульман, да и вообще убийство салафита — богоугодное дело, поэтому нужно их убивать. В общем, были озвучены речи, полностью подпадающие под все пункты 282-й статьи Уголовного кодекса РФ, — «создание экстремистского сообщества и разжигание религиозной розни». Однако начальник полиции района Магомедрасул Гаджиев и его 15 оперативников, присутствовавшие на собрании, ничего против этого не имели. Видеозапись самого собрания легко можно найти на интернет-хостинге в YouTube. Совет постановил: самоорганизовываться в народные дружины; начальник, в свою очередь, обещался «помочь» дружинникам подразделениями внутренних войск. После этого чуть ли не все мужское население Хаджалмахи было мобилизовано в принудительном порядке. Организовали 25 групп по 20 человек, раздали им оружие (насколько легально «дружинники» носят и используют его — это еще вопрос) и стали патрулировать селение и федеральную трассу, проходящую через село.

Надо сказать, что Левашинский район, в отличие от соседних районов, — место в плане вооруженного подполья довольно спокойное. Там люди предпочитают заниматься торговлей, а не войной. Поэтому за всю историю вооруженного противостояния в Дагестане выходцев из Хаджалмахов, которые ушли к боевикам, можно перечесть по пальцам. Салафиты там действительно есть, но, учитывая масштабы селения — около 10 тысяч человек, — процент их мизерный. Только год назад в селении появилась маленькая салафитская мечеть (всего в селении 11 мечетей), куда ходили несколько десятков прихожан. В ноябре, в разгар помешательства вокруг пирамид, был убит имам центральной хаджалмахинской мечети. Ответственность на себя взяли боевики из соседнего района, заявив, что имама убили за то, что он поддерживал финансовые пирамиды, запрещенные в исламе.

Сейчас селение на военном положении, фактически обороняется против разгневанных вкладчиков со всей республики. Согласитесь, под прикрытием бойцов внутренних войск не многие смельчаки решатся требовать свои деньги у хаджалмахинцев. Сами же дилеры финансовой пирамиды из селения не выезжают, держа там круговую оборону.

«Противостояние бандитам иногда приобретает форму стихийного протеста. Там, где люди устали бояться, они начинают самоорганизовываться. Им помогает глава районной полиции», — рассказывает в своем сюжете о Хаджалмахах журналист московской телекомпании НТВ. А местные жители рассказывают, что вроде бы, проезжая через селение, глава Дагестана Рамазан Абдулатипов зашел в администрацию и поддержал инициативу сельчан собственными силами бороться с ваххабитами. Обстановка в селении постоянно подогревается слухами: то боевики хотят взорвать мечеть, то чуть не убили ребенка — и люди этому верят, стремясь разорвать каждого, кого заподозрят в симпатиях к ваххабитам. Разобраться, что к чему, с каждым днем все сложнее. Семьи, покинувшие селение, панически боятся провокаций. «Наши дома стоят пустые и разграбленные, туда можно подкинуть что угодно, для того чтобы обосновать наше преследование», — жалуются они. Но глава сельской администрации Ахмед Омаров настаивает: «Никто тут салафитов не притесняет. И дома их не грабит. Уезжают, потому что не нравится им тут».

«Местные активисты говорят, что, если к ним приедет разбираться федеральный спецназ с минометами, будет намного хуже. Со своими проблемами эти люди обещают справиться без посторонней помощи», — заканчивает свой сюжет журналист НТВ. И надо сказать, местные жители действительно правы, потому что федеральный спецназ будет зачищать не мифическую угрозу, а тех, кто беспредельничает в Хаджалмахи.

Крис РАЙВЕ
Дагестан — Брюссель — Москва

Оригинал


Загрузка...