Бирюлеволюция против Болотной

Власть, занимавшаяся политической самозащитой, близоруко проглядела настоящую угрозу со стороны тех слоев, которыми она, как думала ошибочно, была способна управлять.

Россия получила свои бунтующие окраины. Верховодят в массовых беспорядках специфические социальные слои, которые все свои беды склонны переносить на инородцев, пришельцев, условных кавказцев, забирающих работу, зарплаты и иной раз жизни «коренного» населения.

Кремлевский тезис, озвученный спустя несколько часов после начала беспорядков редактором канала Russia Today – мол, Бирюлево это естественное продолжение Болотной – слаб как раз по логической части.

Болотная – это средний класс, это образованные городские слои, в том числе элита, в буквальном смысле сливки нации. Бирюлево – это темная масса озлобленных людей, отчасти по экономико-социальным, отчасти по ментальным (ксенофобское сознание) причинам.

Болотная – это активная гражданская позиция, это защита прав граждан, это мирный протест против вранья и репрессий. Бирюлево – это попрание прав граждан, это сознание погромщиков, это настоящее, а не выдуманное Следственным комитетом, прокуратурой, судом нарушение общественного порядка, это люди, которые на самом деле поддерживают федеральную власть (ровно поэтому все валят на власть местную).

Все, что вменяется ребятам с Болотной – это куртуазное обращение с ОМОНом по сравнению с погромами носителей Бирюлеволюции. Власть, занимавшаяся политической самозащитой, в том числе репрессивными методами, близоруко проглядела настоящую угрозу со стороны тех слоев, которыми она, как думала ошибочно, была способна управлять. И даже направлять их энергию в выгодном для нее, власти, направлении. Но темной массой, темными инстинктами толпы управлять нельзя.

Это следующий, неизбежный этап гниения системы управления по-путински, согласно которой главное – подавить демократическую фронду, а всякие проблемы, в том числе по линии «местное население—мигранты», как-нибудь сами рассосутся. Это и кризис собственно государственного менеджмента, когда команды сверху не проходят, а удары кулаком по столу никого не пугают, и в результате не делается вообще ничего, потому что никто ни за что не хочет брать на себя ответственность. И кризис миграционной политики. Точнее, следствие ее отсутствия. И кризис государственной идеологии, тихонечко подпитывающей «управляемый» национализм. И кризис экономической политики, превращающей в маргиналов огромные массы людей, которым просто нечем заняться. И кризис образовательной политики, в результате которой воспитаны персонажи, считающие, что во всем виноваты инородцы. И кризис городской политики, видевшей в сумрачном юге и востоке гигантского, становящегося уродливым, мегаполиса лишь электоральный ресурс поддержки власти, а не проблемную территорию, в которой зрел националистический протест.

Острословы прозвали штурмовавших торговый центр и овощебазу «овощной Россией». Как масса, подчиняющаяся классическим правилам психологии толпы, эти люди действительно – «овощи». Как индивиды – это нередко запутавшиеся люди, раздраженные нелегальной миграцией (а иногда и легальной) и телевизионной пропагандой, иногда совершенно открытой, национализма и диких представлений о действительности и истории России. Кто, в конце концов, уже лет двадцать твердит об «этнической преступности» в Москве?

Кремлевские политтехнологи противопоставляли Болотной площади Поклонную. Теперь они объявляют Бирюлево продолжением Болотной. Но где же они там увидели требования честных выборов и честной власти? Где золотушная и благодушная интеллигенция среди погромщиков? Где Лия Ахеджакова и Борис Акунин? Где Госдеп с печеньками? Где иностранные агенты с грантами?

Наоборот, в рядах погромщиков легко можно узнать измученные нарзаном лица людей, готовых за поллитру на любые подвиги во имя власти, людей, которым все безразлично, кроме поисков виноватых в собственных бездарности и бессилии. Ну и заряженных иностраннофобией, гомофобией и прочими фобиями крепких парней, объединенных в хорошо организованные группы, парней, всегда оказывающихся в нужное время в нужном месте и столь же профессионально с этого места исчезающих. Они никогда не попадаются в руки полиции. Вопрос – почему? – риторический.

Бирюлеволюция – не продолжение Болотной. Она прямо противостоит Болотной – по смыслу, содержанию, мотивам, социальному составу.

У Владимира Путина и Дмитрия Медведева в хозяйстве – предсказуемая Бирюлеволюция. Очень серьезное, не одноактное, а длящееся социальное явление, которое не успокоить бубнежом о. Всеволода Чаплина о том, что людей «можно понять». Людей, которые озабочены бездействием властей, безответственным регулированием миграции, а лавное, не слишком, деликатно выражаясь, быстрой реакцией на убийство понять можно. Погромщиков никогда нельзя понять, Всеволод Анатольевич. Это известно еще со времен дореволюционных еврейских погромов.

Источник: http://www.novayagazeta.ru/columns/60456.html

Фото: yuga.ru


Загрузка...